- Опять этот дрянной снег. Ненавижу снег. Что может быть хуже?
- От самого Ниама жалуешься, не перестаю удивляться. На сколько тебя хватит?
- Размер моего недовольства сравни количеству белой дряни под ногами. И куда ты меня только потащил. Говорил же себе, нельзя верить людям, даже если они настолько убедительны. – Старый арлинг тяжело переминался с ноги на ногу, волоча за собой небольшие сани, груженные несколькими большими ящиками, завернутым в льняную серую ткань. За спиной он также нес мешок с запасами провизии, купленной в городе, который только что скрылся за холмом. Рядом шел человек немногим выше его, одетый во все белое.
- Этот снег хуже, чем где бы то ни было. А ведь вспомни, еще вчера я говорил, что хуже быть не может.
- Среди прочих сетований на несостоятельность здешней почтовой системы, слишком кислого вкуса огурцов и самовосхваления из-за лишних пилингов что тебе удалось выручить на продаже чая, конечно, я хватаю каждое твое слово.
- Чай – мое сокровище, нет напитка лучше. У него вкус Родины, и так может сказать каждый, где бы он ни родился. Если дело касается чая, я не могу оплошать даже в торговле, ненавистном мне ремесле, которое досталось мне поневоле, в придачу к тебе и этой бесконечной снежной дороге.
- По-моему ты просто упорствовал, и не продал бы чай даже за повышенную цену, коли не услышал бы той хвалебной речи в честь своих черных листиков.
Тут арлинг в очередной раз провалился в снег по пояс, барахтаясь и награждая «снежное болото» и «белую грязь» все новыми, невиданными в этих краях, эпитетами.
- Еще раз извини, мой непропорциональный друг, снегоходы действительно бы тебе пригодились. Мастер сказал, что такого размера и в ближайших поселениях не сыщешь.
- Та еще новость! У вас тут все наперекосяк, я уже привык. Поскорее бы убраться подальше и сгореть где-нибудь на солнце Салерайна.
- Вдаваться в крайности твое призвание мой бескомпромиссный друг. Снегоходы можно будет заказать у Фотиса, но до его магазинчика в восточной колонии еще четыре дня пути. А пока рассчитывай на мое обещание выпить с тобой твой последний чай. Перевалочная анарта уже не далеко.
Арлинг фыркнул себе под нос и прибавил шагу.
Впереди бесчисленными ослепительными бликами блестели снежные холмы, а там, где просматривался горизонт, не было никакого другого цвета кроме белого и всех его оттенков. Город, оставленный позади, навсегда исчез и теперь, в белом океане без берегов, для путников не было никаких ориентиров, кроме солнца. Вскоре они набрели на следы небольшого отряда из, по меньшей мере, семи человек с несколькими санями. Следы проходили поперек пути, по которому уверенно следовали друзья. Арлинг что-то принялся причитать по поводу «чёрт знает, как у вас тут вообще находить нужный маршрут», пока его напарник проверял карту, достав маленькое устройство со стеклянной сферой внутри. Почти сразу же оба продолжили путь в ту же сторону, в какую шли.
Солнце не давало температуре опуститься слишком низко, да и снег шел совсем мелкий. Это были лучшие условия, для всякого путника, решившего идти по этим снежным равнинам.
Не прошло и двух часов от остановки у следов, как из-под снега вынырнула анарта. Ее нельзя было увидеть издалека. Как и принято, она располагалась на низком месте и была белого цвета.
Такие анарты для удобства путников располагались между всеми городами на расстоянии примерно в пол дня пути друг от друга и очень помогали в суровых снежных условиях. По ним сверяли карты, здесь делали привалы, а иногда это было единственным спасением при буре. Обычно они стоят пустыми, и ими может воспользоваться каждый желающий. Иногда, когда в каком-нибудь городе проходит редкое празднество, некоторые анарты забиты до отказа едущими туда людьми. Бывало, торговцы задерживались в них надолго, продавая товары решившим сделать привал.
Главной задачей анарт всегда была защита от ледяной стихии. Их построили почти сразу после наступления великих холодов 15 лет назад, когда поняли, что зима уже не отступит. Люди отчаялись, и анарты помогали им тогда сильнее, чем когда либо. Они давали надежду странствующим. И получили соответствующее название – «нарт», означающее защитник, что-то вроде военного звания в охранных гарнизонах колоний. Приставка «а» значила, что люди тут под защитой, однако от разбойников это не спасало.
Двое путников затащили все свои вещи вместе с санями в маленькое помещение с низким потолком и стенами выложенными белым камнем. Внутри было пусто, никого, к счастью, не было. Мало ли что, путешественники старались на привалах в анартах ни с кем не встречаться и уходить как можно быстрее.
Человек в белой одежде достал из рюкзака большой обрубок литарита, положил на пол, на место, обложенное камнями и отмеченное множеством горевших здесь костров, и зажег. Голубоватый огонь сделал комнату, не испытывающую недостатка света, теплее.
Вход был очень узким, комната больше напоминала пещеру, но совсем небольшую, метра четыре в глубину. На входе потолок был выше, чем везде. Последние метра полтора постройки уходили внутрь холма.
Арлинг тотчас как увидел огонь вытащил все необходимое и принялся заваривать чай, рассказывая в процессе как этот чай выращивают, как собирают, как он, вдохновленный своим дядей выигрывал пять лет подряд турнир по определению 55 сортов чая по запаху и почему эти два листика, которые он сейчас утопит в воде самое ценное что у него есть.
На входе висел заслон из очень толстой шкуры морского слона. Такие шкуры дешевые и совсем не ценятся, уж очень жесткие. Поэтому их редко крали, только совсем уж бедняки, которым одеться не было во что теплое. Но такие не путешествуют.
Недалеко, среди белой пелены появилась черная фигура. Уже можно было разглядеть, что это пожилой человек, идущий один по направлению к городу. Он шел мимо и, видимо, совсем не собирался останавливаться на перевалочном пункте.
- Он идет со стороны, куда мы направляемся – заметил не сводивший с черного силуэта глаз человек, и тут же закрыл глаза от удовольствия. Все помещение в этот момент наполнил мягкий чайный аромат. – Поинтересуюсь ка я у него, как дела обстоят в снежном городе да безопасна ли дорога. А то идем вслепую. Я тут давно не был, мало ли что изменилось.
С этими словами он встал, застегнул свой белый плащ потуже и зашагал прочь от анарты, где оставил спутника, полностью поглощенного своим замысловатым процессом.
Пожилой мужчина в обычной для этих мест черной дорожной куртке достающей почти до сапог и серой шапке, закрытой капюшоном, остановился, заметив приближающегося к нему подозрительного человека, и дождался, пока к нему не подойдут.
- Доброго вам дня и хорошей погоды – услышав погодное приветствие, которое считалось здесь верхом доброжелательности, старик стряхнул с себя подозрительность, откинул капюшон, мешающий обзору, и настроился на привычный дорожный разговор.
- Меня зовут Оувенс Райт – с легкой улыбкой представился человек в белом плаще – я торговец из столицы, иду в Тирантис по срочным делам.
- Приветствую, Нат Варос. – представившись, он снял с плеч огромный для своего роста и возраста заплечный мешок, чтобы немного отдохнуть за недолгой беседой.
Из столицы торговцы сюда захаживают очень часто, однако для остановившегося путника собеседник выглядел довольно необычно – родом он был уж точно не из центрального города. Белый утепленный плащ был одет поверх толстой хорошего качества рубахи. Плащ был без каких-либо украшений, с несколькими карманами, и только на левой стороне у плеча виднелся неприметный вышитый рисунок – загнутая в дугу линия, идущая поперек серебряного круга. Из-под плаща, который заканчивался ниже колен, виднелись меховые сапоги с металлическими застежками. Густые черные волосы, торчащие в разные стороны из-за ветра, что как раз утихал, не были прикрыты ни шапкой, ни капюшоном. Челка доставала почти до глаз, которые вместе с молодым, чистым, доброжелательным лицом располагали к себе любого собеседника.
- Можно ли поинтересоваться, как обстоят дела в снежном городе, какие товары там сейчас в разнообразии, не потерял ли он своего былого уюта? – Райту было плевать на товары, но в пути все сведения хороши, а между встречными было принято предупреждать о необычных происшествиях на пути да в окрестностях, особенно если вежливо спросить.
- Ну, раз вы там были, то знаете. Это по-прежнему один из самих больших и гостеприимных городов, готовый принять любого захожего. Захожих, кстати говоря, прибавилось последнее время, и не к добру это – стали появляться какие-то темные типы. Серьезных происшествий в городе не случается, но стража на стороже и жители поосторожнее на улицах стали. Однако, как встретят кого-то в таверне или заговорят у магазина, тут уж разболтают все подряд и мигом бдительность потеряют. Такой уж у нас народ. А продают у нас всякого понемногу. Растительной еды у нас появляться стало больше. На нее везде спрос большой, а у нас ее из разных мест привозят, больше из теплиц столицы и Латерании. Сейчас везде Латеранию знают, хоть это и небольшое поселение, – разъяснил Нат, увидев удивление при упоминании названия. – Она довольно далеко к северу, почти у горного хребта. Не знаю, как там они это делают, но оттуда и зерно везут и овощи с фруктами. Небось, в золоте купаются – цены на это добро запредельные.
- Интересное дело, у столицы монополию забирают, давно такого не слышал. Кстати, холмы через три дня пути к западу отсюда все занесло. Говорят, самый большой снегопад там был с начала великой зимы. Все кто едет не замечают поначалу, а потом выбраться не могут. По дню теряют не меньше. Нас по счастью предупредили. В объезд через Оземь идите, если придется.
- Благодарю двукратно, что предупредил. Почти так и собрался, а теперь сомнения отпали. У нас тут с погодой все спокойно, снег идет часто, но мелкий. В прошлом году с юга дождь пришел, вот диво было, особенно для детей.
- Ну а как на счет безопасности, докучают ли разбойников или может, что другое случалось в окрестностях, что работы для стражи добавило?
- Разбойники давно дорогу сюда забыли, и этим мы гордимся. Все-таки, торговый город, а смогли-таки вывести эту напасть. Но кое-что случалось. Не было такого за все 15 лет. И слухи пошли всякие. Известно точно лишь, что проезжал мимо отряд неизвестный. Большой, 100 саней, не меньше.
Страже, как ты сказал, они работы сильно не прибавили. Прибыло несколько сотен из восточной колонии. И, к несчастью, в ловушку угодили. Битва была нешуточная. Представляешь, битва! Когда такое было? Первый раз слышу, чтобы у нас враг появился. Вести пришли, что все наши там перебиты, но и среди врагов немного осталось. Было это месяца три назад. И вот сейчас опять южнее лиг на десять еще один отряд видели, похожий одеждами на тот, что бился. Небольшой, на сей раз, и с астами. Вроде бы решали собрать ополчение и перехватить их. Стража, конечно, отговаривала – опасно и в колонию уже послали гонца с сообщением.
- Ты говоришь, одеждами похожи, а как они выглядят?
- На этот счет только слухи имеются. Говорят, коричневые меховые куртки носят и сапоги из астовых шкур. Волосы у всех как на подбор длинные и черные, перевязанные на голове завязкой, на ком шапка не надета. А что до астов, с которыми их видели недавно, то они были больше наших, и шерсть была гораздо короче. Значит, пришли с востока или с дальнего юга, скорее всего.
- Да, неожиданно. На западе, сколько проезжал не слышал таких историй.
- Дела странные, но нашего города это не касается, мы себя чувствуем спокойно. Город растет, и оборона тоже крепнет. На север вот дорогу проложили. В Латеранию ведет. По ней охрана проходит раз в день, пост охранный даже стоит где-то, и снег расчищают, если большой прошел. Совсем как в столице. Наверняка в это мероприятие богатенькая деревушка и вложила кошелек. Но нам-то, конечно, от этого только лучше.
Из перевалочного пункта тем временем вышел арлинг с довольным видом – видимо, чай был готов.
- Что за чудище! – заохал удивленный и испугавшийся путник. И тут же, с обезоруженным голосом, добавил – Оно мне еще и машет чем-то!
- Это мой спутник – засмеялся Райт. – Арлинг же, присмотритесь повнимательнее.
- Арлинг с человеком путешествует! Ну вот, еще одно чудо на своем веку повидал.
«Чудище» помахало рукой старому путнику и сделало пригласительный жест компаньону. Выглядело это своеобразно. Его движения были стеснены странной толстой одеждой. Люди такую, конечно, не носят: кожаная, бледно красного цвета, сшитая прямо по размеру и форме тела с бежевыми металлическими вставками.
Арлинги, западный народ, о котором простому обывателю известно очень мало. Лишь их знаменитый неуживчивый характер и запомнился людям, по которому они и рассудили обо всем остальном. Ростом они немногим ниже людей, всегда полные, а форма тела настойчиво напоминает грушу. Таким и был зашедший в анарту.
- Не такие они уже и странные как о них говорят – объяснял Райт. – Да, сейчас увидеть их где-то кроме столицы – редкость, да и там их мало. Путешествуют в основном одни или в большой компании. Потому что нрав у них такой. Подозрительные, ворчливые, они плохо ладят с кем бы то ни было, если только это не их бабушка. Основательные и в то же время рассеянные, они торговцы и собиратели и большие собственники. Из своей родины – небольшой страны очень далеко на западе выбираются очень не часто. Хорошо хоть у нас они не имеют дурной славы, как, те же лиммы. Тут на них смотрят, как на экзотических животных, но ни сколько не сторонятся. А по вашей реакции видно, что на востоке их совсем мало кто видел.
- А с этим как же вы встретились?
- Длинная история, но идем мы от самой границы, от туда, где можно увидеть реки, не покрытые льдом. Имя у этого достопочтимого арлинга – Снаррус. И он совсем как свои сородичи. Однако любит дорогу и то, что может скрыть горизонт, хоть и пытается этого не показывать за ворчанием. И к людям очень добр и дружелюбен. До того момента как те не начнут говорить и он мысленно не приплетет к ним десять недостатков.
Они перекинулись еще несколькими фразами и решили, что их разговор затянулся для стоячей беседы посреди снега. Однако на предложение продолжить под крышей, Нат ответил, что останавливаться ему нельзя, поднял свой истосковавшийся по спине хозяина мешок, и поблагодарил хорошего собеседника.
- Легкой вам дороги – попрощавшись, странник пошел, догоняя солнце, что пряталось от него за облаками.
- И вам лучшей погоды, господин Варос!
- Снаррус! – громко сказал Райт, зайдя в уютную комнату анарты – Давай свой чай, согреемся.
- Пришел бы позже, и уже нечем было бы. А где твой новый знакомый? Я думал ты и его приведешь, так разговорился. Что выспросил?
- Всего понемногу. Из важного – какие-то воины приезжие шастают, в коричневых одеждах с большими астами. Будем осторожнее.
- Будем осторожнее, то есть не будем разговаривать с первым встречным и выдавать ему все про себя?
- Да, как-то так – засмеялся Райт, грея руки о горячую чашку. – И ни чего я не выдавал. Представился ему торговцем. Ты же знаешь, так легче, чем объясняться полностью и нарываться на вопросы.
Разговор потух и оба наслаждались вкусом черного чая и нежным сладким цветочным запахом, что распространился по всей комнатке. Спешить было некуда, по расчетам они в любом случае должны были добраться до города раньше ночи. Поэтому можно было не бояться длинных разговоров и затягивающих привалов и наслаждаться моментом.
Они сидели возле костра, прислонившись к каменным стенкам, и смотрели сквозь небольшое пространство входа на падающие мелкие шарики снега. Поднялся небольшой ветер, и в меленьком теплом помещении, где, казалось, можно было не обращать внимания на все, что происходит снаружи, стало еще уютнее.
Арлингу же это напомнило про уют оседлой жизни и ему нестерпимо захотелось поскорее довести путешествие до своего завершения .
- А может-таки, не будем заходить в Тирантис? – предложил он. – Трактиры, пиво, друзья твои старые – завязнем же, как в болоте. А надо быстрее продвинуться на восток, до границы.
- Ни как не можем. У нас в снежном городе есть дела. Ящики, те, что в санях, надо передать как раз там. Ну и узнать новости по нашему основному делу.
- И что в тех ящиках? Они у нас, кажись, уже вечность в санях болтаются.
- Ящики запечатанные, а я в данном случае лишь посыльный, мне дела нет.
- А мне есть, тащу их я, почти всю дорогу. Они, легкие, но размера большого. Вон, все место в санях занимают, а могли бы туда сложить чего пополезнее.
Поворчав, Снаррус перевел разговор на «сумбурную» по его непреклонному мнению культуру людей. Где бы они ни останавливались, обо всем договаривался Райт, а он лишь наблюдал и не вмешивался. Поэтому поскорее хотел понять все причуды высокого народа. Райт же с радостью делился всевозможными сказаниями и традициями, однако соблюдал осторожность, ведь знал, что все сказанное потом использовалось против него и других, кто попадался под руку решившему заговорить вдруг толстуну.
- Вот ваше приветствие, - наконец начинал переходить на свой предосудительный тон Снаррус - при чем тут погода? Она у вас всегда одна!
